Тьма на всём острове — это не метафора

Тысячи людей в жилых кварталах Гаваны стоят на балконах в темноте и бьют по кастрюлям. Звук нарастает, сливается в единый грохот — и разносится по всему городу. Так кубинцы выражают протест против веерных отключений, которые длятся уже по 20 часов в сутки. Но 17 марта стало особым днём: национальная энергосистема страны рухнула целиком. Без света оказались разом около 11 миллионов человек — практически всё население острова.

В больницах нет расходников. В магазинах пустеют полки. В нескольких муниципалитетах люди уже поджигали офисы компартии. И именно в этот момент Дональд Трамп появился перед журналистами в Белом доме с заявлением, которое облетело весь мир.

«Я могу делать с ней всё, что захочу»

«Я верю, что мне выпадет честь захватить Кубу. Это большая честь. Захватить Кубу в какой-либо форме, понимаете. Освобожу ли я её, заберу ли её — я могу делать с ней всё, что захочу, если хотите знать правду», — заявил Трамп журналистам в Белом доме.

Когда репортёры попросили уточнить, что именно он имел в виду — дипломатию или военную операцию, — представитель Белого дома лаконично ответил: речь идёт о сделке. Хотя сам Трамп, судя по интонации, разницы особо не делает.

Как Куба оказалась в таком положении

Чтобы понять, почему Гавана вынуждена сегодня разговаривать с Вашингтоном на американских условиях, нужно отмотать несколько месяцев назад.

В самом начале января американский спецназ провёл операцию в Венесуэле и захватил президента Николаса Мадуро. Для Кубы это был настоящий удар под дых: именно Каракас обеспечивал около половины потребностей острова в нефти — примерно 26,5 тысячи баррелей в сутки. Поставки прекратились мгновенно. Одновременно погибли 32 кубинских военных и сотрудника спецслужб, охранявших союзного лидера.

В конце января Трамп объявил режим чрезвычайного положения, сославшись на угрозу национальной безопасности со стороны Кубы, и разрешил вводить пошлины на импорт из стран, которые прямо или косвенно поставляют нефть на остров. Фактически это означало: любая страна, рискнувшая помочь Гаване топливом, автоматически получает санкции от США.

По словам президента Кубы Диас-Канеля, за три прошедших месяца к кубинским берегам не пришвартовался ни один танкер с нефтью. Генераторы встали. Энергосистема, и без того дышавшая на ладан, начала рассыпаться окончательно.

Внук революционера ведёт переговоры с врагом деда

Пока остров погружался в темноту, за кулисами разворачивалась совсем другая история. Госсекретарь США Марко Рубио — сам потомок кубинских эмигрантов — вёл тихие переговоры на испанском языке с 41-летним Раулем Гильермо Родригесом Кастро. В народе его зовут «Краб». Это внук самого Рауля Кастро, брата Фиделя, — человек без официальных должностей, но с огромным неформальным весом: годами он служил личным телохранителем деда, а сейчас связан с военно-промышленным конгломератом GAESA, контролирующим значительную часть кубинской экономики.

По информации Bloomberg и The Wall Street Journal, в Белом доме разработали план постепенной смены режима: Трамп хочет сделать Кубу финансово зависимой от США, заняв место Советского Союза, который поддерживал остров вплоть до его распада. В Вашингтоне убеждены, что Родригес Кастро разочаровался в коммунистических идеях и готов выстраивать новые отношения с Америкой — прагматично, без революционного пафоса.

Рауль Гильермо Родригес Кастро уже не придерживается революционных идей знаменитого деда, а мыслит совершенно прагматично

Что Вашингтон требует на переговорах

Диас-Канель объявил о начале переговоров с США, назвав процесс нацеленным на решение двусторонних противоречий «посредством диалога» и находящимся «в первой фазе». Формулировки дипломатичные, но суть от этого не меняется.

По данным The New York Times, условие американцев звучит жёстко: действующий президент должен уйти, желательно — покинуть остров. Взамен — никаких преследований других членов режима, включая семью Кастро. Последние, судя по всему, могут остаться. Видимо, в интересах развития туризма, как саркастически замечают аналитики.

На первом этапе главное требование Вашингтона — немедленный допуск американских компаний на остров: порты, энергетика, туризм. Именно энергетическое давление, по оценкам наблюдателей, и заставило Гавану наконец сесть за стол переговоров.

Зачем Трампу Куба именно сейчас

Российские политологи объясняют логику происходящего просто: заявления о «захвате Кубы» нужно читать на фоне неудач американо-израильской коалиции в Иране. В глазах мирового сообщества ситуация на Ближнем Востоке складывается не в пользу Вашингтона — и Трампу срочно нужна хоть одна победа, которую можно предъявить избирателям.

Германский Stern пишет, что смена режима на Кубе должна стать, по замыслу американского президента, самой лёгкой из всех его операций — легче Ирана и легче Венесуэлы. Куба маленькая, истощённая, без союзников и без нефти. Идеальная «победа» для политика, которому срочно нужна хорошая новость. А некоторые эксперты добавляют: пока весь мир занят Ближним Востоком, на Кубу просто никто не обращает внимания — и это тоже играет на руку Трампу.

Могла ли Куба сопротивляться

Армия на острове есть. На бумаге — внушительная: 50 тысяч регулярных бойцов и более миллиона человек в народных ополчениях. Доктрина «Война всего народа» предполагала, что в случае вторжения вся страна превратится в партизанский лагерь.

Но техника — это советские танки Т-54 и Т-62, девять исправных самолётов, практически отсутствующий флот. Против американских стелс-дронов и разведки, которая в январе незаметно провела операцию в Венесуэле, такой арсенал — не аргумент. Есть и другой вопрос: готовы ли сегодняшние кубинцы умирать за идеи 70-летней давности? Иран держится во многом благодаря религиозной мобилизации. Коммунизм для нынешних лидеров Кубы, судя по происходящему, такой же силой уже не стал.

Армия-то формально есть, но сможет ли она противостоять закаленным в постоянных боях морпехам США?

Остров ещё не сдался, но уже договаривается

Диас-Канель произносит красивые слова про «равноправие и самоопределение». Трамп не скрывает, что считает их пустым звуком. За спиной президента его собственный внучатый племянник ведёт переговоры с врагом на испанском языке. Вся страна стоит в темноте.

Шесть десятилетий Куба была живым символом — доказательством того, что маленькая страна может стоять против великой державы. Сейчас этот символ трещит по швам. Без нефти, без союзников, без света. И с американскими компаниями, уже изучающими кубинские порты в поисках выгодных активов.